Поделиться:

Чудесное яблоко (ч. 1)

В костромском краю, за кологривскими борами, за невысокими горами, в деревеньке Шаблово жил маленький мальчик Ефимко Честняков.

Жил он поначалу совсем обыкновенно, как живут все деревенские ребятишки. Весною верхом на прутике по тёплым проталинам скакал, в летнюю пору с мальчишками на речку Унжу бегал, осенью в избе у окошка сидел да на дождик глядел, а как первый снег на землю упадёт, так и опять Ефимку домой не заманишь. Опять он с друзьями на улице, опять бегает там, катается с горушек на саночках до самого позднего часа, до вечерней зари.
И может, и дальше бы у него всё шло обыкновенно, да только семья-то, в которой Ефимко рос, была с особинкой.
Заключалась эта особинка вот в чём. Все любят сказки, да не все умеют их складывать. А вот в доме Честняковых что ни вечер, то и новая сказка, то и новая побасёнка. Новая, весёлая, до сей поры никем ещё не слышанная.

Начинал, бывало, старший в честняковской семье  — дедушка Самойло.Когда вечером все: и Ефимкин отец, и мать, и старшие сестрёнки, и бабушка Прасковья -усядутся при неярком свете лучины за домашнюю работу  — кто шить, кто прясть, кто за другое какое необходимое в хозяйстве дело,— то и дедушка сначала сидит, сидит, подковыривает, не торопясь, шильцем старый хомут для мерина Чуйка, да вдруг, не поднимая головы, и засмеётся:

 —    Эх, братцы мои! Ладил я нынче утром сани в дорожку да и увидел воробья Ерошку. Прыг он ко мне, серенький соседушко, и говорит: «Куда ты, дедушко? Ежели за дровишками, то бери и меня с детишками. Мы в лесу тебе вот как поможем! Кряжей наваляем и в сани уложим. А ты лишь потом нам за каждый кряж по ячменному зёрнышку дашь. Мы дорого за работу не берём, мы  — по-соседски…»  И кричит: «Чик-чирик, айда, все мои ребятушки-воробьятушки, сюда!» И Ерошкины ребятишки так ко мне всей гурьбой в сани из-под застрехи и сыплются… Не верите?  — поднимает наконец голову дед и оглядывает всех лукавыми глазами.

Бабушка Прасковья подхватывает дедову прибаутку мигом:

 —    Верим. Мы сами твоих помощников из окна видели. Ростом невелички, да на всех рабочие рукавички.

 —    На каждом серенький армячишко, а за поясом топоришко,— добавляет тут же в лад бабушке Ефимкин отец.

И вот  — пошло, и вот  — поехало!

Вставляет и мать своё улыбчивое слово, и Ефимкины младшие две сестрёнки от матери не отстают, тоже что-то своё лепечут.
Прибаутка ширится, растёт, украшается новыми подробностями, и это теперь даже и не прибаутка, а целая сказка про воробья Ерошку и про его трудолюбивых детишек.
Сказка складывается быстро, творит её и маленький Ефимко.

 —    У воробья-то у Ерошки ещё фамилия есть. Чивилёк! Он и сам Чивилёк, и ребята у него Чивилята, потому что чивиликают, чирикают. Вот как!

Старшие сочинители Ефимкину придумку принимают весело, она тоже идёт в дело. А сам Ефимко так после этого расходится, так расходится, что и потом, когда уже в избе и огонь задуют, и спать лягут,— он всё ещё на своей постели, на широкой лавке ворочается, всё что-то шепчет в потёмках и тихо смеётся, продолжает сказку складывать.Но теперь, когда он сказке хозяин сам, когда сочиняет её один, то у него там в ней поселяются не только Ерошка Чивилёк, а и кот Васька, который лежит, намурлыкивает рядышком на лавке, и дедко Мороз, что бродит сейчас, но засыпающей деревне, нахрустывает по сугробам валенками. И падает в эту Ефимкину сказку через неширокое окно избы тихий лунный свет. Сказка и явь у Ефимки в голове переплетаются, и он уже почти не отличает, где настоящее, где придуманное.

Эта счастливая путаница происходит с ним всё чаще и чаще. И не только по таким вот уютным вечерам, а и при ясном солнышке. Что ни увидит теперь Ефимко, про то и сказку давай складывать.

← ОглавлениеЧудесное яблоко (ч. 2) →