Поделиться:

Николай Николаевич Ге (3 ч.)

Давний интерес к личности и деятельности Герцена, личная симпатия к нему позволили Ге создать образ необычайной глубины и проникновенности. Портрет 1867 года не имеет ничего общего с протокольно прозаичным рисуночным портретом, который представляет собой копию, сделанную Ге с французской литографии 1847 года. Глубокий темный фон, черный костюм и белый воротник фиксируют внимание на лице, захватывающем своей богатой, напряженной и сложной внутренней жизнью. Художник отнюдь «не исправляет» и не скрашивает несколько крупные славянские черты лица Герцена: живые умные глаза энергично смотрят из-за сдавленных век, нос широкий, с двумя резкими морщинами по бокам, рот скрыт усами и короткой бородой; темные с проседью волосы откинуты назад без пробора. Лоб высокий, с мощными буграми мышц над бровями, в нем ощущается огромная работа мысли. То же страстное горение мысли в энергичном, чуть скорбном взгляде глаз, в упрямо сдвинутых бровях. Вместе с тем на лице заметны черты душевной усталости, тягостных раздумий. Темпераментный мазок, контрасты светотени усиливают впечатление взволнованности и страстности мироощущения портретируемого. Художник передал и мягкость, сердечность натуры Герцена, и присущее ему благородство. Это впечатление усиливается благодаря преобладанию в портрете плавных округлых линий прически, абриса фигуры, цепочки от часов, овального обрамления, теплых коричневых оттенков колорита, благородного сочетания черного, серебристо-серого, белого цветов.

В письме к Огареву от 16 февраля 1867 года Герцен писал: «Портрет идет Rembrandtisch» и в другом письме «Портрет Ге chef-d-oeuvre».

Действительно, о великом голландском портретисте заставляют вспомнить проникновенный психологизм образа, колорит, построенный на богатейших оттенках золотистых, коричневатых, красноватых и черных тонов, прием освещения, выхватывающий из темноты лицо. Лицо написано в золотисто-охристых тонах, великолепно вылеплено с помощью легких, прозрачных теней. Эти же тона повторены и в золотой цепочке.

«Грусть, скептицизм, ирония — вот три главные струны русской лиры», — говорил Герцен. Они отчетливо звучат в его портрете работы Ге. Портрет покоряет удивительным художественным соответствием внешнего облика внутреннему миру человека, что так ценил Герцен в портретном искусстве.

Портрет был написан за пять сеансов. Герцен остался им очень доволен и, уезжая из Флоренции, подарил Ге собственный экземпляр книги «Былое и думы» с надписью: «Посылаю Вам в знак глубокой благодарности мой экземпляр „Былого и дум“, в знак дружественного сочувствия 16 февраля 1867 г. Флоренция». Возвращаясь в 1869 году в Россию, Ге тайно перевез портрет через границу. Этот портрет остается лучшим изображением Герцена. Ни один из современных Ге художников не создал такого глубокого и проникновенного образа писателя-публициста, страстного борца и идеолога уходящего поколения дворян-революционеров.

Недаром этот портрет долгие годы находился под запретом и даже был снят с посмертной выставки художника. О портрете Герцена работы Ге с большой похвалой отзывались крупнейшие русские художники Репин и Перов.

В истории русской портретной живописи портрету Герцена работы Ге принадлежит особое место. Он органически входит в ту замечательную портретную галерею выдающихся деятелей национальной культуры, которая была Заложена передовыми русскими художниками еще в XVIII веке. Ге предвосхитил мысль П. М. Третьякова о создании галереи крупнейших представителей русской демократической культуры. С самого начала художник предназначал портрет Герцена для общества.

Общение с Герценом оставило глубокий след в душе художника. Встретившись с М. Бакуниным через 20 лет, художник говорил о Герцене с тем же восхищением и безграничным уважением, что и в молодые годы во Флоренции.

Ге написал портреты многих лиц, окружавших великого писателя и так или иначе с ним связанных: Доманже — воспитателя детей Герцена, доктора Шифа, дочь Шифа — Гербель (жену поэта Гербеля), наконец, М. Бакунина. Наиболее удачен из них портрет известного физиолога доктора Шифа. Главное в этом портрете — утверждение силы разума и деятельного характера. Этому служат все художественные средства и, в первую очередь, смелая и свободная композиция портрета. Художник дал погрудное изображение, причем корпус показан в профиль, а голова повернута на зрителя. В этом контрапостном повороте ощущается энергия, бьющая через край. Светлая рыжеватая борода и густые круто вьющиеся волосы обрамляют лицо. Лоб залит светом, от этого он кажется еще более высоким и могучим. Слева лицо затемнено. Контрасты светотени, подчеркнутая живописность, не разрушающая объемности формы, большое колористическое богатство в пределах немногих красок, сама энергичная манера письма способствуют раскрытию характера Шифа. При всей тщательности передачи фактуры здесь нет сухости, зализанности. По живописи этот портрет более смелый и эмоциональный, чем портрет Герцена. Вполне можно присоединиться к оценке Стасова, который писал: «По оживленности и характерности это один из самых замечательных портретов Ге». Крамской очень сожалел о том, что портрет Шифа нельзя было показать на передвижной выставке.

Н. Н. Г е. Портрет Е. И. Забелло. Ок. 1880

И. Н. Г е. Портрет Л. Н. Толстого. Рис. 1884

Портрет И. Доманже (1868) принадлежит к тому типу портретов, где главным для художника была фиксация определенного душевного состояния и характера человека, а не раскрытие его биографии, как в портрете Герцена (к такому же роду портретов относится и портрет историка Костомарова). Доманже показан в живом общении со зрителем. Лицо светится умом и благородством. В чуть приподнятых и сдвинутых к переносице бровях, в опущенных уголках губ, склоненной голове, как это бывает у людей, много испытавших на своем веку, видны затаенная скорбь и сарказм. Портрет не окончен.

Н. Н. Ге. Портрет Л. Н. Толстого. 1884. Фрагмент

Но характер, манера держать себя великолепно переданы живописью портрета — живая, обобщенная передача формы, колорит, сочетание живописного, богато нюансированного серого цвета костюма, белой сорочки и огненных оттенков красного в фоне подчеркивают благородство облика, свободу движений.

Портреты Герцена, Шифа, Доманже отмечены глубоким психологизмом, взволнованностью и страстностью мироощущения изображаемых людей. Эмоциональность является в них определяющим началом, выражаясь мощными контрастами светотени, подчеркнутой живописностью.

В статье В. Дмитриева «Н. Н. Ге» есть очень интересное упоминание о том, что в 1868 году Ге написал портрет гарибальдийца Сони, использовав его как этюд для образа Христа в картине «Христос в Гефсиманском саду». Это проливает свет на трактовку художником религиозных сюжетов, своеобразное, очень характерное для Ге понимание им судеб и значения деятельности революционеров в духе христианства, как жертвы и страдания ради общего блага.

Для того чтобы дать полную характеристику портретного творчества Ге итальянского периода, необходимо сказать, что в 1868 году он написал несколько портретов русских художников (скульптора М. А. Чижова, Г. Г. Мясоедова), живших в те годы в Италии, и остановиться на его женских портретах Этого времени. Из них особенно удачен «Портрет неизвестной» (1868, ГТГ). По всей вероятности, портретируемая — итальянка. В ее энергичном умном лице, в свободе и грации позы есть особая прелесть. Яркий солнечный свет, заливающий лицо и фигуру молодой женщины, помогает художнику выявить национальный характер образа, подчеркнуть звонким синим цветом блузы прелесть смуглого лица, иссиня-черные волосы и живые, чуть грустные глаза. Это тип новой женщины, отнюдь не светской барышни. Особая духовная целостность и народность образа, колористическое звучание портрета, наконец, соотношение фигуры с фоном в этом портрете восходят к ивановской традиции.

Уже в итальянских портретах определился основной характер портретного творчества Ге — эмоциональность образов, повышенный интерес художника к передаче напряженной духовной жизни, поиски «живой», адекватной образам художественной формы. Портретные работы, созданные после «Тайной вечери», отмечены углубленным психологизмом, особой приподнятостью, косвенно отражающей общественный пафос 60-х годов. Характерны для искусства 60-х годов новый круг моделей, огромная нравственная сила образов новых людей — критически мыслящей революционно настроенной интеллигенции. Темпераментная живопись, напряженные контрастные сочетания цвета и светотени передают тревожную взволнованность и драматизм портретных образов Ге, созданных после «Тайной вечери».

В конце 1869 года Ге вернулся в Россию. Художник ехал на родину, разочарованный неудачей своих двух религиозных картин и полный интереса к новому русскому искусству, воодушевленный идеей создания Товарищества передвижных художественных выставок.

Н. Н. Г е. Старик-крестьянин. Конец 1880-х годов

Петербургский период (1869–1875) — время теснейшего общения Ге с передовыми кругами русской интеллигенции, а также наибольшей близости его творчества к искусству передвижников. Характерно, что В. Дмитриев с идеалистических позиций определяет произведения художника этого периода «как попытку Ге, ради сроднения с современниками, стать посредственностью».

Н. Н. Г е. Голова крестьянина. 1887

И, наоборот, Репин в своих воспоминаниях писал о том, как глубоко был захвачен Ге новыми идеями: «Про Ге говорили, что он намерен поставить на должную высоту значение художников, что художник, по его мнению, должен быть гражданином и отражать интересы современности». Диаметрально противоположна и оценка портретного творчества художника. В то время как Репин восхищался портретом Герцена, высоко ценил портрет Л. Н. Толстого и ряд других, В. Дмитриев, обходил их молчанием и писал о том, что «в портретах Ге мы вновь перечитываем печальную повесть, как художник боролся за право быть только собой, только вдохновенным, когда в художнике искали только бытописателя, только психолога-рассказчика». И опять, столь характерное для критиков идеалистического лагеря, противопоставление портретов Ге портретам других передвижников, ложные утверждения, что будто его исканиям в области портретной живописи «ужасающе далеко было... от требований к портрету современного художника». Ближайшее рассмотрение портретов Ге петербургского периода убеждает как раз в обратном. Характерен уже сам круг портретируемых: Костомаров, Тургенев, Некрасов, Салтыков-Щедрин, Потехин, Антокольский, композитор Серов, выдающиеся представители русской культуры и искусства. В 1871 году Ге исполнил скульптурный портрет В. Г. Белинского.

Не все портреты этих лет обладают высокой идейно-художественной ценностью. Образная и живописная сторона у Ге всегда нераздельны, взаимообусловлены. Главным для художника было наметить общее, найти художественные средства, раскрывающие самое характерное душевное состояние портретируемого. Для него не существовали живопись сама по себе, любование красочными сочетаниями, не выражающее существа образа.

Портреты Н. А. Некрасова и И. С. Тургенева малоудачны. В болезненноотечном, неприветливом, хотя и умном лице Некрасова нет ничего, говорящего о поэте-гражданине, о характере его поэзии. Вызывает чувство неудовлетворенности глухой колорит портрета, в котором преобладают грязно-коричневые с синевой тяжелые темные тона; вяло написано лицо, охристое, с белильными высветлениями. Наиболее удачны из портретов этих лет портреты Костомарова, Пыпина и Салтыкова-Щедрина.

Портрет Н. И. Костомарова написан Ге в 1870 году.

Костомаров сидит в кресле, спокойно сложив на коленях руки. В его умных и внимательных, несколько насмешливых глазах, поблескивающих под очками, в решительном наклоне фигуры вперед, на зрителя, читаются природная живость характера, чувство юмора и, вместе с тем, большая твердость убеждений, прямота. Лицо не отличается красотой и правильностью черт — широкое, с тонкими губами, но все скрашивает необычайно живой и умный взгляд серых глаз и могучий «думающий» лоб (благодаря откинутым назад волосам и яркой освещенности он кажется особенно большим). В Костомарове есть удивительная скромность, теплота отношения к людям, и в то же время в нем чувствуется деятельный ученый. Фиксируя внимание на лице, художник прорабатывает его особенно тщательно. Дар живописца проявляется здесь во всем — начиная с мастерской лепки лица и кончая великолепно написанной белой манишкой с голубыми тенями, сочетанием темно-серого фона, черного пиджака и светлых, седеющих русых волос. Человек здесь показан в беседе, фиксируется определенный момент, определенное душевное состояние. Такое решение портретов станет очень характерным и распространенным на рубеже XIX и XX столетий.

← Николай Николаевич Ге (2 ч.)Николай Николаевич Ге (4 ч.) →